Как-то давно на малом филфаке нам прямо на паре нужно было сочинить небольшое стихотворение. Поскольку я таланта такого не имею, у меня получилось стихотворение о барашке, который “блеет на лугу”.  Видимо, какая-то извращенная Муза мне попалась тогда…

Теперь же, уже не на малом, а на тру-филфаке , нам задали сделать перевод стихотворения из “Ligeia” Эдгара По. Желательно, чтобы этот перевод сохранял не только содержание оригинала, но еще и рифму, подтекст и прочее. Я (повторюсь, не имея дара стихотворчества и даже простого рифмоплетства), потратив на эту работу около 4 часов, все-таки сделала это и ну просто не могу не выложить. Представляю оригинал и собственный перевод стихотворения (перевод не претендует на … ну вобщем, ни на что он не претендует, просто так, пусть висит тут у меня, а то давно ничего не выкладывала).

ORIGINAL

Lo! 'tis a gala night
Within the lonesome latter years!
An angel throng, bewinged, bedight
In veils, and drowned in tears,
Sit in a theatre, to see
A play of hopes and fears,
While the orchestra breathes fitfully
The music of the spheres.

Mimes, in the form of God on high,
Mutter and mumble low,
And hither and thither fly --
Mere puppets they, who come and go
At bidding of vast formless things
That shift the scenery to and fro,
Flapping from out their Condor wings
Invisible Wo!

That motley drama! --oh, be sure
It shall not be forgot!
With its Phantom chased forever more,
By a crowd that seize it not,
Through a circle that ever returneth in
To the self-same spot,
And much of Madness and more of Sin
And Horror the soul of the plot.

But see, amid the mimic rout,
A crawling shape intrude!
A blood-red thing that writhes from out
The scenic solitude!
It writhes! --it writhes! --with mortal pangs
The mimes become its food,
And the seraphs sob at vermin fangs
In human gore imbued.

Out --out are the lights --out all!
And over each quivering form,
The curtain, a funeral pall,
Comes down with the rush of a storm,
And the angels, all pallid and wan,
Uprising, unveiling, affirm
That the play is the tragedy, "Man,"
And its hero the Conqueror Worm.

TRANSLATION

Послушай! Пришла торжественная ночь
Забрать мои страданья прочь.
Я вижу ангелов крылатых сонм,
Как под покровами Мадонн,
Они, в слезах, следят за тем,
Как борется Смерть и с Бытием,
И слышу я оркестра звуки ―
Он облегчает мои муки.
 

Бог сотворил по своему подобью
Актеров, кружащих над моим изголовьем.
Они летают вверх и вниз,
Однако это не их каприз:
Они лишь марионетки тут,
Придут, исчезнут, вновь придут,
По распоряженью высших сил,
Слепя сияньем кондоровых крыл.
 

Как драма пестра! Будь уверен,
Незабвенна она, ей срок не отмерен!
Я вижу, как по кругу толпа
Преследует Фантома. Слепа,
Она не видит всей нелепости сует.
Уныл и печален сей драмы сюжет:
Кругом Безумие, и Ужас, и Грех,
Фантом приводит в ту же точку всех.
 

Но вот смотри, среди актеров суеты
Проступают незваной фигуры черты ―
К ним кроваво-красное нечто ползет,
Оно, извиваясь, актеров грызет.
Актеры корчатся от смертных мук,
Но не спасает их рыдающих серафимов испуг.
Одни кругом кровавые клыки,
И слезы ангелов горьки.
 

Гаснет свет, всюду тьма, всюду тьма!
С раскатом грома опускается занавеса бахрома ―
Это их погребальный покров,
От алой крови он багров.
И слышны бледных ангелов голоса
Изнуренные, повествуют нам небеса,
Что трагедия шла “Человек”,
А Червь ― герой-победитель навек.